Вопросы, которые вы часто задаете своим психологам на сессии, но на которые они не всегда могут ответить вам прямо...
Часто, клиенты задают похожие вопросы в процессе уже начавшейся терапии. Но психолог не всегда в процессе работы может ответить на них прямо. Отсюда частая шутка про психологов о том, что они всегда отвечают вопросом на вопрос, лишь бы только уйти от ответа.
На самом деле причина не в желании «увильнуть», уйти от ответа. Причина в том, что психолог не всегда может работать как книжка или справочник, удовлетворяя любое любопытство клиента. Хороший психолог работает как исследователь причин, побудивших вопрос. А исследовать скрытые желания, фантазии и потребности, которые скрывает под собой вопрос, часто можно только до тех пор, пока на него не выдан прямой ответ.
В то же время, все эти вопросы на самом деле имеют прямые человеческие ответы. И в подтверждение того, что вне рамок психологической работы, нам можно их раскрыть, мы решили дать прямые ответы на некоторые из наиболее часто задаваемых вопросов. Ведь психологи – тоже люди, и нам тоже нравится быть понятыми!
1. Я выбрала вас по рекомендации. А как вообще лучше выбирать психолога?
Оксана Е-Резниченко: Я бы советовала выбирать психолога по совокупности факторов. Первое - это рекомендации, сведения об образовании, второе - личное ощущение от контакта со специалистом. Кого точно не выбирать? - Знакомых, друзей, родственников. Хорошо бы посетить нескольких специалистов, а потом сделать выбор.
Анна Галахова: Мой опыт показывает, что искать рекомендации – наиболее оптимальный путь. Это не значит, что психолог, который нравится Маше, вам тоже непременно подойдёт. Но если у вас будут несколько рекомендаций, и вы встретитесь с несколькими специалистами, выбрать того, с кем вам комфортно работать, уже проще.
Жанна Беликова: Если у вас нет знакомых, которые могут порекомендовать кого-то, то я бы выбирала психолога, которого представляет некое профессиональное сообщество. Это - не гарантия, но свидетельство того, что какие-то профессиональные требования специалисту были предъявлены коллегами, и он им соответствует. А вот что это за критерии или сообщества - зависит от вашего доверия к ним. Это могут быть сообщества уровня: "Международная психоаналитическая ассоциация" (МПА, IPA), "Общество психоаналитической психотерапии" (ОПП), "Российское психологическое общество" (РПО), "Санкт-Петербургское психологическое общество" (СПБПО), "Альянс помогающих практик ПроБоно" (АПП ПроБоно). Также это могут быть кандидаты, которых рекомендуют уважаемые вами журналы, клиники. Ну а уже среди этих лиц, я бы искала те, которые вызовут лично у меня какое-то первоначальное доверие. В любом случае, вы придете к тому специалисту, который будет вызывать какие-то переживания, актуальные текущему периоду вашей жизни. 1-4 очных встреч, как правило, бывает достаточно, чтобы понять "ваш" или "не ваш" психолог.
2. Как понять, к кому надо было обратиться? К психологу? Психотерапевту? Психиатру? Психоаналитику? В чем разница?
Оксана Е-Резниченко: Разница в образовании и в подходе к лечению. Психиатр и психотерапевт имеют медицинское образование. Психиатр использует медикаменты и часто занимается такими заболеваниями как шизофрения, МДП. Психотерапевт может использовать как психотерапевтические методы, без применения, так и с применением препаратов, психотерапевт оказывает помощь людям с различными проблемами – это и психиатрические пациенты, и люди с неврозами, и люди в кризисе и пр. Психолог имеет психологическое образование и занимается консультированием, но зачастую психологи успешно работают как психотерапевты. Психоаналитики – это специалисты с психоаналитическим образованием. Психоанализ- одно из направлений психотерапии.
Жанна Беликова: С точки зрения образования, психолог - специалист, который имеет психологическое образование. Психотерапевт, психиатр - это врач, специалист, который имеет медицинское образование.
Но психотерапия как процесс оказания практической психологической помощи, может практиковаться или не практиковаться всеми этими специалистами (психотерапевтами, психиатрами, психологами). Каждый из этих специалистов может оказывать практическую психологическую помощь при условии, что он дополнительно обучался практической работе в каком-то определённом психотерапевтическом подходе. Правда, у психологов, в отличие о психотерапевтов и психиатров, есть ограничения: они не могут оказывать медикаментозную поддержку своим клиентам и не могут без поддержки врачей работать с клиентами с психиатрическими диагнозами и рядом других заболеваний. Об этом ограничении психолог скажет вам, если увидит, что это - ваш случай. Так что выбор, собственно, состоит в том, хотите вы получать психологическую помощь от врача или это для вас не принципиально.
Психоаналитик – специалист который работает методом психотерапии под названием "психоанализ" (в этом методе может работать и психолог, и психотерапевт, и психиатр). Это далеко не единственный метод, но, вероятно, из-за того, что он в своём названии содержит часть слова "психо", его по созвучности поставили в один ряд с перечисленными квалификациями. Но на самом деле, подходов в психотерапии много. Самые распространённые из них: когнитивно-поведенческий, экзистенциально-гуманистический (в том числе гештальт-терапия), психоаналитический.
3. О психологах часто думают, что у них нет своих проблем. Или наоборот, что они «сапожники без сапог» со своими нерешенными проблемами. Где правда?
Оксана Е-Резниченко: Психологи - это живые люди,у которых как и у остальных существуют проблемы и сложности, с которыми они справляются, возможно, несколько эффективнее основной популяции, т. к. постоянно работают над собой в силу профессии.
Анна Галахова: Как всегда, где-то между :) Психологи тоже люди. Не святые какие-нибудь, пребывающие в сатори и свысока смотрящие на весь "этот тлен" :) У психологов безусловно бывают свои трудности, разочарования, потери. Просто они обычно лучше знают себя и свои способы справляться с трудностями. Кроме того, в качестве заботы о себе и поддержки они и сами ходят к психологу. А для контроля качества своей работы - к супервизору ;)
Жанна Беликова: В такой категорической форме, оба утверждения не соответствуют действительности. Но, в то же время, в каждом из них есть часть правды. Без определённой проработки своих собственных проблем - невозможно быть хорошим практикующим психологом. Без определенных нерешенных собственных сложностей - невозможно оставаться человеком.
4. Говорят, что психологи ко всем клиентам относятся хорошо. Неужели не бывает так, что кто-то из клиентов неприятен?
Оксана Е-Резниченко: Психологи ко всем клиентам относятся по-разному. Если клиент неприятен, то психолог с ним работать, как правило, не будет (это решается на первоначальном этапе).
Анна Галахова: Для меня тут важны два момента. Первый – интерес к человеку. Для меня это необходимая составляющая, которая влияет не только на качество моего контакта с клиентом, но и на мою удовлетворенность работой, профессией. Если бы интереса к людям у меня не было, думаю, работа моя была бы тяжела. В моей практике ещё не было человека, к которому у меня не было бы интереса. Второй момент - безоценочная позиция позволяет работать, держать поле зрения широким, а не залипать в своих эмоциях по поводу происходящего. Это отчасти профессиональный навык, а отчасти уже жизненная ценность.
Жанна Беликова: Важно относиться к клиенту с принятием и интересом. Это совершенно не исключает сложных переживаний, например, таких как гнев или раздражение. Правда, происходит это не так часто, как это может предполагаться клиентом. Важно, чтобы психолог всегда умел превращать свои чувства в рабочий инструмент, служащий на благо клиенту.
5. Бывает ли, что психологи ошибаются? И что тогда?
Оксана Е-Резниченко: Бывает. Зависит от ошибки.
Анна Галахова: Ошибаться... Конечно, психолог может ошибаться, он не идеален. Для того, чтобы процесс психотерапевтической работы был защищён от человеческого фактора, есть ряд важных принципов, которые мне, как специалисту, дороги. 1. Психолог не даёт советов и не принимает решений за клиента. И тогда вам не надо опасаться, что он будет подталкивать вас к каким-то действиям. 2. Психолог не "читает мысли" клиента, и не решает, что он чувствует или должен чувствовать в тот или иной момент. Поэтому психолог много спрашивает самого клиента о его чувствах. А это значит, что вам не будут рассказывать о том, как "правильно" переживать ту или иную ситуацию. 3. Психолог может предложить тему для разговора или какую-то методику работы, но клиент всегда в праве отказаться и сказать "стоп". 4. Психолог всегда готов услышать обратную связь и будет спрашивать вас о том, что вам помогает в работе, а что мешает. Это значит, что психотерапевтический процесс подвластен управлению с обеих сторон, и это не что-то, что совершают над вами (как операцию или монтаж), а что-то, что вы делаете вместе со специалистом, которому вы доверяете. А если коротко, то психолог - эксперт в вопросах психики, а клиент - в своей жизни. У психолога есть инструментарий для того, чтобы помочь вам разобраться в своих чувствах и мыслях, но нет права и обязанности изменять вашу жизнь.
Жанна Беликова: Да, бывает. Это часть психотерапевтических отношений - предполагать, сомневаться и проверять свои гипотезы в отношении клиента. Само по себе слово "гипотеза" уже предполагает сомнение. Так что ошибки терапевта – это тоже часть работы, важно их уметь признавать. И что тогда? Тогда проводится "работа над ошибками". Это делается в процессе терапии вместе с самим клиентом, когда проверяются рабочие гипотезы; в процессе супервизий - в работе с коллегами, когда обсуждаются те или иные случаи; в процессе личной психотерапии психолога, когда в ошибку психолога "увели" его собственные чувства.
6. Бывает ли так, что психолог настолько сочувствует клиенту, что может расплакаться?
Анна Галахова: И снова, психолог – человек. Я – точно человек. И бывает, что история настолько тронула меня, что на глазах появляются слезы. А бывает, что я злюсь или тревожусь. Я была бы профнепригодна, если бы не испытывала чувств к клиенту и вместе с клиентом. Но в этом и есть отличие психолога на работе от просто человека - я могу сохранять устойчивость в рабочем процессе и не разрушаться от сильных чувств, оставаться в открытом контакте с клиентом и даже находить опору в своих чувствах.
Жанна Беликова: Да, бывает. Но это не всегда связано с силой сочувствия, а часто - со способностью свои собственные чувства выдерживать, говоря о них, но не усердствуя в их демонстрации. Ведь нередко психолог внутри себя плачет вместе с клиентом, но внешние слезы у него хватает сил отсрочить. Ведь если клиент в горе, то слезы терапевта могут как поддержать его, так и наоборот - заставить чувствовать вину и начать заботиться о плачущем терапевте. И тогда не очень будет понятно: кто тут - клиент, и кто - о ком должен заботиться )
7. Часто психологи скрывают свою личность: клиент рассказывает, а психолог сохраняет анонимность. Разве это честно?
Оксана Е-Резниченко: Это честно и грамотно. Похоже, речь идет о неравенстве. Да, это неравные отношения, но это часть психотерапевтического процесса.
Анна Галахова: Это не обязательно. Степень открытости психолога зависит от личности самого психолога, а также от метода психотерапии, который он использует. Гештальт подход, в котором я работаю, позволяет мне оставаться "живой" в контакте с клиентом - испытывать и выражать эмоции, делиться откликом, который происходящее во мне вызывает. Более того, это тоже часть рабочего инструментария.
Жанна Беликова: Честно, если от вас не скрывали этого факта с самого начала). В психоаналитическом подходе, в котором я работаю, это – правила работы, которые помогают оставаться процессу именно рабочим, а не дружеской беседой или ещё чем-либо в этом духе. Сохранять относительную анонимность психологу необходимо в работе для того, чтобы не занимать собой пространства, которое предназначено клиенту, и помогать клиенту быть собой и проявлять себя с наименьшими искажениями. Важно, чтобы сохраняя свою анонимность, психолог также сохранял свою человечность и оставался живым и чувствующим, а не только думающим.
8. Есть ли психолог у психолога?
Оксана Е-Резниченко: Хорошо бы, чтобы был.
Жанна Беликова: Должен быть обязательно. Опыт личной терапии обязателен для практикующего психолога. Это необходимое условия для того, чтобы быть в рабочей форме.
9. Не тяжело ли психологу пропускать через себя проблемы других людей?
Оксана Е-Резниченко: Это работа, это осознанный выбор. Конечно, соприкасаться с человеческим горем или проблемами сложно, но терапевт способен себя сохранять, не разваливаясь.
Жанна Беликова: Вот для этого, в том числе, и должен быть психолог у психолога. Потому, что иногда бывает тяжело. Ведь как я предполагаю, под словом "пропускать через себя" имеется в виду вчувствование в состояние пациента. А это вчувствование - важный инструмент в работе психолога.
10. Может ли клиент ругаться с психологом? Не закончатся ли на этом отношения?
Жанна Беликова: Между клиентом и психологом существует договор, который описывает все, что необходимо делать для того, чтобы процесс, в котором оба участвуют, назывался "психотерапия". Клиент приходит и уходит в условленное время; оплачивает это время согласно договоренности; имеет в запасе несколько встреч на обсуждение своего желания прекратить терапию, если такое наступает; сидит в кресле; старается максимально использовать только слова для описания всего, что с ним происходит в процессе. До тех пор, пока эти условия исполняются, и пока клиент сам имеет желание продолжать работу - отношения продолжаются. Никаких ограничений по подбору выражений не существует. Также не существует никаких ограничений по поводу того, кому эти выражения будут адресованы, включая терапевта. стоит быть готовым к тому, что психолог будет прояснять, что именно заставляет клиента проявлять себя тем или иным образом. Но это совершенно не означает, что в адрес психолога запрещено что-то чувствовать или выражать под угрозой распада отношений. Наоборот, обычно приветствуется любое обсуждение ваших чувств и мыслей, возникающих здесь и сейчас.
Оксана Е-Резниченко: Может, не закончатся.
11. Может ли клиент нецензурно выражаться на приеме?
Оксана Е-Резниченко: Может.
Жанна Беликова: См. п. 10
12. Могу ли я встать и уйти в любой момент приема?
Оксана Е-Резниченко: Можете, но терапевт может это комментировать.
Жанна Беликова: Да, можете. Так же, как можете в любой момент прекратить терапию. Важно просто понимать, что так вы нарушаете правило "стараться выражать себя словами", и терапевт будет предлагать вам прояснить: что вас заставляет выбирать действие (уход) вместо слов, и, если бы это были слова, то какими бы они были? Так даже процесс ухода становится терапевтическим, т.к. вы начинаете понимать что именно с вами происходит. Если же вы регулярно вместо обсуждения вашего состояния будете выбирать действие - это не будет способствовать продвижению в терапии. Но иногда некоторым людям периодически бывает необходимо какое-то время "потоптаться на месте", прежде чем двинуться дальше и глубже. Это нормально.
13. Вы работаете с душой человека, а сами берете за это деньги. Как вы можете брать деньги, если видите как мне плохо и сочувствуете мне?
Оксана Е-Резниченко: Мое время стоит денег. Возможно, вам сложно принять, что между нами стоят деньги, что мы - не родственники и не друзья, но именно это дает мне возможность помогать вам.
Анна Галахова: Психотерапия - это профессия и работа, такая же, как все другие.
Жанна Беликова: Хочется задать встречный вопрос: в чем противоречие между моим человеческим сочувствием и потребностью в том, чтобы моя профессиональная работа была оплачена? Но буду отвечать прямо, как договорились:)) Деньги - это не то, за что клиент покупает мое сочувствие. Все мои чувства к человеку возникают совершенно бесплатно! Включая соболезнование, печаль, желание и попытки облегчить боль. Также, деньги - не то, что я хладнокровно отбираю у клиента, усугубляя и без того непростые его переживания, хотя это может так восприниматься, если я правильно понимаю вопрос. Деньги - это то, что позволяет мне сейчас находиться именно здесь с вами, вместо того, чтобы быть в другом месте, которое обеспечит мне заработок.
14. Как вы относитесь к гадалкам, экстрасенсам, астрологам?
Оксана Е-Резниченко: Нормально, но я так не работаю.
Анна Галахова: Мой опыт показывает, что психотерапия помогает улучшить качество жизни и результаты её глубже, стабильней и честней.
Жанна Беликова: С любопытством ))
15. Почему психологи не отвечают на вопросы прямо, а начинают переспрашивать?
Анна Галахова: Потому что часто причина заданного вопроса очень важна для более осознанного и искреннего контакта психотерапевта с клиентом.
Жанна Беликова: Психологи дают прямые ответы, но только – на прямые вопросы. А ведь далеко не все вопросы – прямые, чаще – косвенные. Например, на первых встречах, клиент проясняет к кому и куда он пришёл, какие правила здесь применяются и т. д. На такие вопросы психологу следует отвечать прямо, т.к. клиент должен иметь информацию для того, чтобы принять решение о дальнейшем сотрудничестве. Но вопросы, которые возникают в процессе терапии, после принятого решения, уже не столько сразу удовлетворяются, сколько сначала исследуются. А для этого важно поспрашивать: чем вопрос вызван, каким беспокойством? Может за ним стоит какой-то жизненный опыт, предположение, желание и т. д. Прояснять неочевидные, бессознательные мотивы - одна из задач терапии. После подобного прояснения, психолог вполне себе может ответить на вопрос прямо. Но часто, клиенту это уже бывает не нужно, т. к. не в ответе было дело, и теперь он это сам понимает.
16. Почему психологи не дают советов? Ведь вы наверняка что-нибудь посоветовали бы своему другу или ребенку в этом случае?
Оксана Е-Резниченко: Потому, что совет ничего не поменяет в вас. Смысл нашей работы, чтобы вы сами могли находить ответы внутри себя.
Анна Галахова: См.выше в ответе на вопрос 5.
Жанна Беликова: Психологи дают советы. Самый частый совет от меня: "Предлагаю попытаться понять почему так происходит", ведь невозможно изменить "то, не знаю что". Готовый совет - это всегда опора на свой собственный опыт. Мой собственный опыт показывает, что понять и помочь себе можно тогда, когда вместо чужих ответов, я нахожу собственные. Если честно, то и друзьям и детям я бы давала такие же советы, если бы всегда была готова уделить этому время. Часто проще поделиться своим жизненным опытом (а может и навязать), чем исследовать опыт другого человека. Отсюда и быстрые советы в обычной жизни. Но это не имеет никакого отношения к психотерапии. Это уже про дружбу, воспитание и наставничество. Клиент приходит ко мне не за этим.
17. Почему психотерапия – это так долго?
Оксана Е-Резниченко: Любые перемены требуют времени. Особенно, если речь идет о многолетней проблеме, сложно поверить, что ее можно решить в одночасье.
Анна Галахова: Потому что "психологические" изменения не происходят так быстро, как этого хотелось бы многим из нас :) Наше поведение и образ реагирования формировались в течении долгих лет, обрастали защитами, порождали неприятные симптомы, с которыми человек приходит к психологу. Разобрать всю "конструкцию" быстро и при этом качественно - невозможно. Весь психотерапевтический опыт показывает, что быстрые изменения (шоковые методы, например) не дают стабильных изменений в качестве жизни, и при этом болезненны. Для меня важно следовать за клиентом в его желании и скорости. И обеспечивать достаточную безопасность для работы, ведь часто речь идёт достаточно болезненных переживаниях.
Жанна Беликова: У каждого своё - "долго". Существуют и краткосрочные подходы, например когнитивно-поведенческий. Психоаналитическая психотерапия - это специально организованные отношения, которые длятся столько, сколько необходимо человеку, чтобы восстановить определенные связи со своими собственными внутренними ресурсами, с самим собой. Быстро - это воспользоваться чужими ресурсами (советы, гадалки, экстрасенсы, астрологи). Чтобы восстановить доступ к своим собственным - требуется времени гораздо больше, как показывает опыт. Поэтому тут надо выбирать чего вы хотите: жить на подпитке или вырабатывать собственную энергию. Для выработки собственной - придется пройти обратный путь, в направлении причин, по которым вы ее когда-то потеряли. Разница только в том, что путь обратно вы будете проходить не в одиночестве, а со специально обученным проводником. Но все равно судите сами: может ли это быть очень быстро? - Смотря, как долго вы шли и как далеко вы успели уйти от себя...
18. Почему психотерапия - это так дорого?
Оксана Е-Резниченко: Потому, что обучение, психотерапия и супервизия, которые проходил и проходит специалист, это большие денежные вложения.
Анна Галахова: Потому что стоимость специалиста в этой области высока. В эту стоимость входит: 1. Образование (которое зачастую не останавливается на протяжении всей профессиональной жизни). Вам это даёт специалиста, который подбирает наиболее тонкие и точные методы работы, имеет глубокое знание и широкий кругозор. 2. Супервизия (постоянные консультации с более опытными коллегами о качестве работы). Вам это даёт специалиста, который действительно заинтересован и вкладывается в качество своей работы, а также "не фонит" своими эмоциональными проблемами. 3. Личная терапия (обязательна для психолога на протяжении всего профессионального пути). И это даёт вам специалиста, который в состоянии справиться со своими трудностями и чувствами по их поводу. Не берусь утверждать, что все специалисты, устанавливающие высокую стоимость своей работы, исходят из этих же резонов, но мои таковы.
Жанна Беликова: Высокая себестоимость (обучение, супервизия, своя терапия, достойное место приема) + гораздо большее время, посвященное каждому клиенту, чем время сессии (огромная часть работы происходит за пределами 50 минут). И очень важно назначать такую цену, чтобы клиент платил именно (!) деньгами. Я хочу сказать, что сознательно или бессознательно, но любые усилия и затраты потребуют адекватной компенсации и окупаемости. Как по мне, так лучше делать это сознательно и выражать это в цене, а не в другого рода незаметных “оплатах”. Мне кажется, что важно отдавать себе отчет в том, что если вы пришли к специалисту, в квалификацию которого вложены немалые усилия и средства, то вы все равно это оплатите, вопрос только - чем. Например, постоянными “реверансами”, сдерживанием своих негативных чувств и претензий “в знак благодарности за доброту”, обесцениванием своей же работы и т.д. В хорошем варианте - предоставлением работы с собой в качестве материала для получения опыта молодого психолога. Это уже не так плохо и оправдывает невысокую цену, на мой взгляд. Но, справедливости ради надо сказать, что иногда цена - это просто рыночная стоимость данной услуги и все. Поэтому важно изучать образование и опыт специалиста, чтобы понимать, что вы платите не только за амбиции специалиста.
19. Почему бы не НЛП? Или не гипноз? Быстро и эффективно!
Оксана Е-Резниченко: Каждый человек выбирает свой метод. Ничего плохого не вижу в НЛП или в гипнозе, но если вам нужна глубинная работа, то эти методы не смогут помочь.
20. Как вы относитесь к публичности психологов и к психологическим телешоу?
Оксана Е-Резниченко: Спокойно. Это способ себя рекламировать.
21. Почему психологи не дружат и не встречаются со своими клиентами? А если это-любовь!?
Оксана Е-Резниченко: Потому, что психотерапия подразумевает границы и особенные отношения, где нет социальных контактов. Все, любовь в том числе, можно обсудить на сессии.
22. Как я могу быть уверенной, что вы не будете мной манипулировать? Ведь психолог видит все мои слабости.
Оксана Е-Резниченко: Для этого и нужны пробные сессии, чтобы вы поняли, насколько можете доверять мне, насколько я подхожу вам как психотерапевт.
23. Если у психолога много клиентов – они все для него на одно лицо? Неужели можно запомнить историю каждого?
Жанна Беликова: История каждого запечатляется в отношениях с ним. Мы можем не помнить каких-то фактов, если нас “разбудить среди ночи и спросить”. Но мы и не можем забыть историю клиента, так как он просто не позволит нам это сделать - он напомнит нам через отношения с нами. И то, что многие клиенты удивляются как психолог помнит то, о чем они говорили ему несколько лет назад - хорошее подтверждение того, что наш инструмент работы - не когнитивная память, а позволение истории клиента проникнуть в психику терапевта.
Ну и конечно же что-то мы не запоминаем сразу.
24. Привязываетесь ли вы к клиентам?
Оксана Е-Резниченко: Это к вопросу: "Не робот ли психоаналитик?". Нет, я испытываю чувства, порой сильные, которые меняются в процессе терапии. Эти чувства являются для меня полем исследования, они - часть психоаналитического процесса.
25. Что вы чувствуете, когда клиент уходит?
Оксана Е-Резниченко: Это зависит от контекста. Ушел, не успев прийти? Ушел стремительно? Ушел, когда завершилась работа, после обсуждения? Чувства многообразны - грусть, тихая радость, удивление, беспокойство, печаль, облегчение.
26. Психологу ведь выгодно удерживать клиента, чтобы он подольше ходил?
Оксана Е-Резниченко: Профессиональный терапевт, благодаря обучению, личной терапии и супервизии, умеет хорошо отслеживать свои импульсы и реакции, и ориентируется на потребности клиента. Большое мастерство – это закончить вовремя. Не раньше и не позже.
27. Я слышал о психоаналитиках как об отстраненных, невключенных и равнодушных. Это правда?
Оксана Е-Резниченко: Нет, это мнение обывателей. Аналитик не демонстрирует активно свои эмоциональные реакции, оставляя пространство клиенту.
28. Вопрос психоаналитику: а зачем кушетка? В чем суть: я лежу, а он – сидит?
Оксана Е-Резниченко: Кушетка – это возможность эффективнее и глубже исследовать свои бессознательные мотивы, реакции и прикасаться к детским травмам, стыдным мыслям и пр.
30. Это не настоящие отношения, в жизни все не так. Зачем вводить меня в заблуждение, что я вам так интересен?
Оксана Е-Резниченко: Это настоящие, но особенные отношения, которые отличаются от дружеских, родственных и пр. И если человек сможет принять это, то есть шанс с их помощью открыть потрясающие глубины своей личности.
31. Почему не помогают книги? Чем хорошая психологическая книга хуже психотерапии? Не понимаю…
Оксана Е-Резниченко: Книги могут помочь, но очная психотерапия - это возможность с помощью психотерапевта, то есть другого человека, разобраться в своих трудностях. Мы все имеем некие слепые пятна, которые не в состоянии увидеть в одиночку.
32. В чем отличие разговора с психологом от разговора с хорошими друзьями?
Оксана Е-Резниченко: Отличие в грамотно выстроенных границах и глубоких знаниях, которыми не обладает друг, если он не психолог.
33. Получается, что я покупаю за деньги хорошее к себе отношение?
Оксана Е-Резниченко: Хорошее отношение - это лишь приятный бонус, который дополняет психотерапию (его может и не быть). За деньги покупается время и профессиональная работа специалиста по помощи клиенту.
34. А что если я привыкну к психологу и не смогу уже сам? Если будет зависимость?
Оксана Е-Резниченко: Зависимость будет и это нормально. Смысл работы терапевта – не привязать клиента к себе, а помочь полноценно жить самостоятельно.
35. Когда психолог понимает, что терапия уже может быть окончена?
Оксана Е-Резниченко: Это общее понимание, которое рождается в процессе терапии. Но психотерапевт ориентируется на разрешение основного внутреннего конфликта пациента.
УЧАСТНИКИ ИНТЕРВЬЮ (ответы участников и сами участники - в процессе пополнения)