Первая встреча с психологом

Направления психотерапии (психоаналитическая, когнитивно-поведенческая, экзистенциально-гуманистическая и трансперсональная)

Направления психотерапии

  • Психоанализ и психоаналитическая психотерапия

  • Поведенческая и когнитивно-поведенческая психотерапия

  • Экзистенциально-гуманистическая психотерапия

  • Телесно-ориентированная психотерапия

  • Трансперсональная терапия

1. Психоанализ и психоаналитическая психотерапия

Психоанализ – понятие многозначное. Это и психотерапевтический метод, и теория психики (в которой бессознательному отводится ведущая роль), и теория личности (трех ее структур: «Я», «Сверх-Я», «Оно»). Основная идея учения Фрейда заключается в том, что причиной наших неврозов и личностных расстройств во взрослом возрасте являются бессознательные детские сексуальные фантазии и забытые события из детства.
Психоанализ часто путают с психотерапией, считая, что его главная цель – помочь человеку лучше адаптироваться к жизни, стать способным к конструктивным поступкам и отношениям. Однако психоанализ не просто один из видов психотерапии, который помогает справиться с различными проблемами. Этот метод дает возможность исследовать свое бессознательное, открывая пациенту его глубокий внутренний мир.

 

Принцип действия

Один из главных «инструментов» в психоаналитической работе – личность аналитика. Он должен уметь погружаться в бессознательное пациента, переживать вместе с ним его самые потаенные внутренние конфликты и трагедии, одновременно аналитически осмысливая их и точно понимая происходящее в его душе. Результат во многом зависит от условий, в которых проходят встречи с аналитиком. Они всегда четко определены (аналитики называют эти правила «сеттингом»): пациент приходит в одно и то же место, в заранее определенное время. Все несостоявшиеся встречи оплачиваются независимо от причины, по которой были пропущены. Аналитики уверены, что такая стабильность и четкость условий помогает пациенту почувствовать свою ответственность за работу, развивает его внутренний аналитический процесс.

Основное в работе.

Главное в психоанализе – преобразование бессознательного в осознаваемое с помощью методов свободных ассоциаций, толкования сновидений, анализа ошибочных действий. Пациент во время сессии лежит на кушетке, и это помогает ему перестать контролировать внешнюю реальность – ведь он не может следить за реакцией аналитика (тот сидит у него в изголовье), а только слышит его голос. У пациента возникает ощущение, что он разговаривает одновременно с реальным человеком, с самим собой и с фантазийным образом аналитика, который у него возникает.

Пациент говорит все, что приходит ему в голову, даже то, о чем сообщать неприятно, стыдно или больно (это и есть свободные ассоциации). Пытаясь следовать этому правилу, он проецирует на аналитика свои бессознательные желания, чувства и конфликты и переживает их с новой силой (этот феномен в психоанализе называется переносом. Но не менее важно для результата работы, чтобы и аналитик улавливал эмоции, которые возникают у него в ответ на переживания пациента (такие реакции называются «контрпереносом». Это помогает понимать даже самые глубокие бессознательные переживания пациента и интерпретировать их, то есть преобразовывать бессознательное в осознаваемое.

Применению

Психоаналитики работают со всеми психологическими проблемами и личностными нарушениями. Метод эффективен в работе с теми, кто хочет глубже понять себя, кому важно открывать бессознательное значение своих переживаний или беспокоящих жизненных ситуаций. Тот, кто хочет пройти психоанализ, должен признавать свои психологические проблемы и трудности и понимать, что их источник находится внутри самого человека (а не только во внешнем мире).

Психоанализ, как и во времена Фрейда, проводится на кушетке (пациент лежит так, чтобы не видеть лица аналитика во время сеанса). Пациент говорит всё, что приходит ему в голову, чтобы проследить движение мыслей к их ранним корням (это называется свободные ассоциации). Особое внимание уделяется также сновидениям и чувствам по отношению к аналитику (переносу), возникающими в процессе психотерапии. Психоаналитик использует интерпретацию и прояснение, чтобы помочь пациенту в разрешении конфликтов, которые часто бессознательно воздействуют на его жизнь. Это достаточно длительная работа.

Западные специалисты охотно используют психоанализ в различных формах. В некоторых странах, посещение психоаналитика считается престижным и характеризует анализируемого как человека, который заботится о своем психическом здоровье. Один известный американский психолог, отвечая на вопрос о том, как ей удалось воспитать таких замечательных детей, сказала: «Просто они много лет посещали аналитика, и это была, наверно, самая удачная инвестиция в моей жизни».

Кроме «ортодоксального», в семейство психоаналитических направлений входит множество «боковых ответвлений», объединяемых под общим названием «неопсихоанализ». От классического направления они отличаются, как уже было сказано, либо изменениями в теоретической базе, либо применяемыми терапевтическими приёмами. Важнейшим из таковых является:

Психоаналитическая терапия .

Психотерапия в данном подходе основана на принципах и методиках психоанализа, но менее интенсивна. Она проводится лицом к лицу с частотой 1–3 раза в неделю или реже. Фокус внимания здесь обращён к реальным проблемам и конфликтам клиента.

Здесь рассматриваются внутренние конфликты между структурами психики, подавленные желания и эмоции. Главной целью психоаналитической психотерапии является достижение инсайта — своеобразного озарения, осознавания глубинных личностных противоречий, о существовании которых человек прежде мог и не подозревать, но которые препятствовали его полноценной жизни. Поэтому психоаналитическую психотерапию также называют инсайт-ориентированной.

Психоаналитическая терапия основывается на следующих теоретических постулатах:

  • В человеческой психике существует бессознательная часть, которая во многом определяет чувства, мысли, поступки, желания людей.

  • События, происходившие с человеком в детстве, особенно до пять лет, влияют на его дальнейшую жизнь.

  • Все характерные черты человека, паттерны поведения, защиты, способы думать и чувствовать, особенности восприятия и т.д. проявляются во взаимоотношениях со всеми людьми, в том числе во взаимоотношениях с терапевтом.

Психоаналитическая психотерапия незаменима для тех, кто хочет избавиться от депрессии, страхов, панических состояний, улучшить взаимоотношения с близкими людьми, справиться с зависимостями и навязчивыми состояниями. Этот вид терапии подходит для тех, кто настроен на серьёзную и длительную работу над собой.

Кроме того, психоаналитическая психотерапия — один из мощных инструментов в познании и понимании себя.

Важнейшие направления психоаналитического «семейства»: классический психоанализ, аналитическая психотерапия (юнгианский анализ), индивидуальная психология (адлерианский анализ), психодрама, гипноанализ, символдрама (кататимное переживание образов, кататимно-имагинативная психотерапия по Х. Лёйнеру), транзактный анализ.

2. Поведенческая и когнитивно-поведенческая психотерапия

 

Терапевт, использующий этот метод, выявляет основные паттерны мышления и поведения человека, определяет, как именно человек их подкрепляет, и какое влияние они оказывают на его жизнь. Особое внимание в когнитивно-поведенческой терапии уделяется иррациональному мышлению, например, автоматическим и катастрофическим мыслям. После того, как будет проведен детальный анализ мышления и поведения, терапевт и пациент вместе будут решать, что именно нужно изменить, чтобы решить имеющиеся проблемы. Этот процесс может повторяться неоднократно, до тех пор, пока не будут достигнуты цели психотерапии.

Некоторые из техник, которые используют в когнитивно-поведенческой психотерапии:релаксация , системная десенсибилизация, тренинги социальных навыков, а также тренинги, укрепляющие уверенность в себе. Многие техники, которые относятся к данному виду психотерапии, происходят из работ И. Павлова, Джона Уотсона, Джозефа Вольпе, Б. Ф. Скиннера.

Когнитивно-бихевиоральное направление изучает, как воспринимает ситуацию и мыслит человек, помогает выработать человеку более реалистичный взгляд на происходящее и отсюда более адекватное поведение.

В экспериментальных работах в области когнитивной психологии, в частности исследованиях Пиаже, были сформулированы ясные научные принципы, которые можно было применить на практике. Даже изучение поведения животных показывало, что надо принимать во внимание их когнитивные возможности для понимания того, как у них происходит научение.

Кроме того, возникло понимание того, что поведенческие терапевты, сами того не подозревая, используют когнитивные возможности своих пациентов. Десенситизация, например, использует готовность и способность пациента к воображению. Тренинг социальных умений не является на самом деле обусловливанием: пациенты обучаются не специфическим реакциям на стимулы, а набору стратегий, необходимых для совладения с ситуациями страха. Использование воображения, новых способов мышления и применение стратегий включает когнитивные процессы.

Терапия и развитие личности в когнитивно-бихевиоральном направлении

Сторонники когнитивно-бихевиорального направления исходят из того, что:

Человек строит свое поведение на основании своих представлений о происходящем. То, как человек видит себя, людей и жизнь, зависит от его способа мышления, а его мышление - от того, как человека научили мыслить. Когда человек использует негативное, неэфективное или неадекватное мышление, он имеет ошибочные или неэффективные представления и отсюда - ошибочное или неэффективное поведение и вытекающие из этого проблемы. В когнитивно-бихевиоральном направлении человека не лечат, а учат лучшему мышлению, которое дает лучшую жизнь.

Если человек привык видеть себя жертвой, он ведет себя как жертва. Научившись видеть себя автором своей жизни, он начинает вести себя более активно и ответственно.

3. Экзистенциально-гуманистическая психотерапия

Сторонники гуманистического направления психотерапии рассматривают человека, как целостную систему, состоящую из разума, тела и духа. Методы, используемые в гуманистической психотерапии, основаны на представлении о том, что у каждого человека есть способность к самоисцелению. Среди наиболее известных представителей этого метода психотерапии - Абрахам Маслоу и Карл Роджерс.

Экзистенциальная психотерапия тесно связана с гуманистической, хотя их принципы были разработаны разными специалистами. Тем не менее, сегодня чаще всего используется термин экзистенциально-гуманистическая психотерапия, подчеркивающий общие корни этих методов.

Основной задачей экзистенциальной психотерапии является помощь пациенту в поиске конструктивных решений, которые позволят ему справляться с трудностями повседневной жизни. Специалист, использующий этот метод психотерапии, сосредоточивается на индивидуальном опыте человека, изучает его личную систему ценностей и представлений, и выявляет их связь с конкретными социальными и психологическими проблемами пациента. Терапевт придает одинаковое значение прошлому и настоящему человека, а также тому, чего он ожидает от будущего.

В экзистенциально-гуманистической психотерапии одновременно используются методы гуманистической и экзистенциальной терапии. В отличие от, например, психоаналитиков, терапевты, которые применяют такие методы, не считают, что у всех проблем человека есть общие корни (конфликты, коренящиеся в бессознательном). В то же время, выделяются основные понятия, вокруг которых возникает большая часть психологических проблем: смерть, свобода, ответственность, изоляция и чувство бессмысленности.

4. Трансперсональная терапия

Возвращаясь к первоначальному смыслу психологии – учению о душе (греч. psyhe – душа, logos – учение, наука), трансперсональная психология рассматривает заботу о душе как первостепенную задачу психотерапии. Трансперсональная психология – направление, фокусирующее внимание на глубинных областях психики, процессах развития личности и динамики сознания, философски переосмысляющее и научно обосновывающее представления, опыт и психотехнологии мировых духовных традиций. Объект исследовательских и практических парадигм и проектов трансперсональной психологии – творческий, самосовершенствующийся, стремящийся к полной и адекватной реализации своих возможностей, человек.

Трансперсональная психология изучает сознание в широком спектре его проявлений: измененное состояние сознания, множественность состояний сознания, духовный кризис, околосмертные переживания, развитие интуиции, творчества, высшие состояния сознания, личностные ресурсы, парапсихологические феномены. Она опирается на целостное видение человека в перспективе его духовного роста, классическую и неклассическую философскую антропологию, мировые духовные традиции, разнообразные способы самопознания и психотерапии, такие как медитация, холотропное дыхание, телесно-ориентированная психотерапия, терапия искусством, работа со сновидениями, активное воображение, самогипноз и др.

Если в классических психологических и психотерапевтических подходах, например, как в психоанализе, проблемы человека рассматриваются только на биографическом уровне, то в трансперсональной психотерапии используется более широкий подход, который включает в себя кроме биографического уровня, перинатальный (история и переживание рождения) и трансперсональный (сверхбиографический опыт, включающий в себя переживания человеком: истории предков, филогенетический опыт, мировой культуры; переживания опыта идентификации с растениями, животными, с другими личностями, с различными формами сознания – от отождествления с отдельными органами до планетарного сознания; архитепические переживания и осознание сакральных знаний).

Трансперсональная психотерапия основывается на представлениях о возможности реализации внутреннего, глубинного трансперсонального потенциала человека для исцеления и оздоровления психики, для личностного и духовного роста через осознование и переживание неудовлетворенных и нереализованных желаний человека, трансформации негативных последствий перинатального периода жизни, психотравмирующих событий. В этом и заключается ценность трансперсонального подхода – не только помочь решить глубинные проблемы человека, но еще и высвободить колоссальный внутренний развивающий и самоисцеляющий потенциал (ресурс), а так же научить им пользоваться.

Для открытия и развития внутреннего трансперсонального ресурса используется широкий диапазон методов и интегративных психотехник. В совокупности они направлены на установление баланса и гармоничное слияние физических, эмоциональных, психических и духовных аспектов человека. Далее приведем краткий обзор основных методов трансперсональной психотерапии.

С точки зрения трансперсонального подхода, на психическое состояние человека непосредственное влияние оказывает его физическое состояние здоровья. Поэтому кроме традиционных оздоровительных процедур – диета, спорт и т.д., обычно рекомендуемых при прохождении терапии, в трансперсональном подходе используются телесно ориентированные техники – биоэнергетическая терапия Лоуэна, чувственное осознание, танцевальная терапия, различные упражнения из йоги, тай-дзы-цюань, восточных единоборств. Такие техники позволяют лучше осознать взаимосвязь между телом и душой, установить между ними взаимосвязь и наладить механизм самоисцеления физических заболеваний через осознавание и последующей трансформации проблемы. Осознование и последующие освобождение от телесных блоков и зажимов позволяет человеку, проходящему терапию почувствовать себя более расслабленным, за счет этого в дальнейшем более спокойным, свободным, а следовательно способным осознавать и решать свои проблемы на более высоком уровне сознания.

Методы работы с эмоциональными проблемами в трансперсональной психотерапии чаще всего используют различные технические приемы, вызывающие измененные состояния сознания, которые обеспечивают возникновение эмоционального катарсиса и трансперсональных переживаний. В основном, для достижения измененных состояний сознания используются различные техники дыхания – ребефинг, холотропное дыхание, вайвейшн.

Для освобождения от эмоциональных блоков используются техники гештальт-диалогов, направляемого воображения – созидающей визуализации Шакти Гавэйн, техники работы со снами разработанные С. Лабержем, творческий подход к анализу сновидений описанный С. Криппнером и др. Обычно, психологи не имеющие трансперсональной ориентации рассматривают работу со снами как короткий и простой путь ведущий к бессознательному, не учитывая скрытый колоссальный потенциал обеспечивающий доступ к трансперсональным областям сознания.

В трансперсональной психотерапии также используются методы экзистенциальной терапии – помогая клиентам решить проблемы выбора, смыслов, свободы, ответственности, любви, смерти и т.д.

Кроме применения выше указанных психотерапевтических методов, трансперсональные терапевты применяют техники, взятые из древних духовных практик – упражнения для ума и медитация. Обучаясь в процессе трансперсональной терапии новым паттернам отношения к себе и окружающему через осознание, то есть обучаясь по-иному осмысливать переживания, человек развивает сознание. В процессе рефлексии происходит когнитивное переосмысление, которое позволяет трансформировать множество проблем, вытесненной информации и научиться более целостному и свободному существованию.

Обучение медитации позволяет успешно дополнить развитие сознания человека, развить внимание и концентрацию. Практика медитации успешно дополняет трансперсональную терапию позволяя эффективно работать с состоянием тревоги, вызванным вытеснением в бессознательное важных для клиента переживаний.

Одна из особенностей трансперсональной терапии заключается в том, что, выбирая техники для работы, психотерапевт учитывает как личностные особенности, так и общечеловеческие – трансперсональные. Поэтому как широки трансперсональные представления о человеке и его окружающем, так же широки и методы, используемые в практике трансперсональной терапии.

Традиционные методы лечения наркомании – медицинская детоксикация и/или психологическая поддержка рациональными методами психотерапии, являются мало эффективными, это подтверждает растущая статистика. Это объясняется многоуровневостью проблемы наркотической зависимости. Как было экспериментально доказано, это объясняется тем, что на глубинном, бессознательном уровне у личности остается психологическая (эмоциональная) зависимость от состояний даваемых наркотиком - измененным состоянием сознания.

Потребность в измененных состояниях состояния (уход в иную реальность), изначально есть у каждого человека. В измененном состоянии состояния (ИСС) мозг человека работает в других режимах. В ИСС человек получает доступ к своим ресурсам. Известны случаи, когда под влиянием сильных переживаний, человек совершал те действия, которые в обычном состоянии сознания для него невозможны. На протяжении многих лет эволюции люди использовали трансовые состояния для выживания, получения знания, удовольствия. Люди получают удовольствие через экстремальные состояния, занимаясь опасными видами спорта, входят в состояние транса, употребляя алкоголь и наркотики.

Достигаемые на тренингах состояния расширенного сознания близки к мистическим переживаниям, полным психодуховных и экзистенциальных открытий. Часто при помощи погружений в процесс связного дыхания человек избавляется от психосоматических заболеваний, перестает быть агрессивным, начинает ощущать гармонию с людьми и природой. Проходя стадии интеграции, личность человека становится целостной.

Методами трансперсональной психотерапии освобождение от разрушающих зависимостей проходит намного легче и быстрее, благодаря сакральным переживаниям и законному выходу за пределы эго.

5. Телесно-ориентированная психотерапия

Телесно-ориентированна психотерапия (ТОП) – направление психотерапии, объединяющее ряд авторских методов: вегетативная терапия (В.Райх); биоэнергетический психоанализ (А.Лоуэн); стержневая (Core) энергетика (Д.Пьерракос); соматическая терапия – биосинтез (Д.Боаделла); радикс (Ч.Келли); хакоми (Р.Курц); соматический процесс (С.Келеман); организмическая психотерапия (М.Браун); первичная терапия, или терапия первичного крика (А.Янов); комплексы двигательных упражнений, связанных с вывлением и улучшением привычных телесных поз (Ф.Александер), а также осознанием и развитием телесной энергии (М.Фельденкрайз); структурная интеграция, или рольфинг (И.Рольф); биодинамическая психология (Г.Бойсен); бодинамика, или психологи соматического развити (Л.Марчер); чувственное осознавание (Ш.Селвер); психотоника (Ф.Гласер); процессуальная терапия (А.Минделл).

В сферу телесно ориентированной психотерапии входит также ряд оригинальных отечественных методик, в первую очередь танатотерапия (В.Баскаков). Близкими к телесно ориентированной психотерапии являются ряд методик, фрагменты которых могут использоваться в работе с клиентами: розен-метод (М.Розен); БЭСТ (Е.Зуев), инсайт-метод (М.Белокурова), различные виды двигательной и танцевальной терапии, включая анализ движений (Р.Лабан) и техник актерского мастерства, телесно-дыхательные и звуковые психотехники, а также восточные виды телесных практик.

Раскрепощение тела, «включение его в жизнь» приближает человека к его первичной природе и помогает ослабить отчужденность, испытываемую большинством людей (А.Лоуэн). В процессе работы внимание клиента направляется на его ощущения для повышения способности к осознаванию телесных ощущений, производится также усиление телесных ощущений для поощрения чувств. Особое внимание уделяется ощущениям, связанным с распределением в теле вегетативной или биологической энергии (В.Райх), начиная от поверхности кожи до глубинных процессов метаболизма (М.Браун), устранению нарушений, блокирующих ее нормальное протекание.

От простых телесных ощущений терапевт помогает клиенту перейти к эмоционально окрашенным телесным переживаниям. Зачастую это дает возможность осознать их историю, вернуться к тому времени, когда они впервые возникли (регрессия), чтобы прожить их заново и тем самым освободиться от них (катарсис). Тем самым человек обретает более прочный контакт с реальностью (заземление), включающий как физическую опору и устойчивость применительно к жизненным условиям (А.Лоуэн), так и тесную связь с собственными эмоциями и отношениями с близкими людьми (С.Келеман). В арсенале телесно ориентированной психотерапии имеются также различные упражнения: дыхательные, способствующие энергизации и коррекции дисфункциональных дыхательных паттернов; двигательные, способствующие устранению патологических двигательных стереотипов, развитию мышечного чувства и тонкой двигательной координации; медитативные и другие. Помимо работы с внутренними переживаниями клиента, подвергаются анализу также и отношения клиента с терапевтом, представляющие взаимное проецирование ими друг на друга отношений с другими личностно значимыми персонами (перенос и контрперенос). При этом процессы переноса рассматриваются как в традиционном для психоанализа психологическом плане, так и в физическом и энергетическом.

6. Синтетические и эклектические направления в психотерапии

Настоящий подраздел содержит краткие описания ряда психотерапевтических направлений, занимающих важное место на современном рынке психотерапевтических услуг, но которые не могут быть уверенно отнесены ни к одному из описанных выше больших «семейств», сочетая в себе черты, характерные для двух или более из них.

Синтетическими направлениями считаются те, в рамках которых произошло осознанное слияние теоретических и практических установок, свойственных разным «семействам» психотерапевтических направлений. Эклектическими же считаются направления, в которых слияние коснулось в основном технической стороны психотерапевтического процесса, тогда как особого внимания теоретическому обоснованию такого слияния не уделялось.

а) Собственно эклектическая психотерапия

Эклектическую психотерапию трудно назвать психотерапевтическим направлением в строгом смысле слова, т.к. она не имеет ни единой теоретической базы, ни унифицированного арсенала психотерапевтических приёмов, ни, в большинстве стран, единой инфраструктуры профессионального сообщества [35].

Как правило, к этому направлению относят себя психотерапевты, либо не определившиеся с выбором той или иной теоретической базы, в связи с неудовлетворённостью объяснительной силой ни одной из известных им психотерапевтических теорий, либо же просто не склонные к теоретическому анализу своей деятельности — при этом среди таких «чистых практиков» нередко встречаются блестящие профессионалы, умеющие на основе своего психотерапевтического опыта и интуиции подобрать нужный именно данному пациенту именно в данном состоянии метод психотерапевтического воздействия, не обращая внимания на «происхождение» этого метода.

В нашей стране «эклектиками» нередко называют себя представители упоминавшейся выше клинической психотерапии. Зачастую, применение российским психотерапевтом к себе этого термина говорит о том, что данный специалист, оставаясь на традиционных позициях клинической психотерапии, но не желая ограничиваться традиционными же методами (гипноз, аутогенная тренировка, рациональная психотерапия), привносит в свою деятельность приёмы, заимствованные из прочих психотерапевтических традиций, отвлекаясь от их теоретической подоплёки.

б) Нейролингвистическое программирование (НЛП)

Одно из самых противоречивых и окутанных легендами направлений современной психотерапии — и, шире — психотехники (технические приёмы из арсенала НЛП в настоящее время широко используются в разнообразных областях взаимодействия между людьми: педагогике, риторике, рекламе и пр.).

Противоречивость данного направления состоит, прежде всего, в несоответствии между декларируемой теоретической базой и используемыми терапевтическими приёмами, а также противоречивости внутри самой теоретической базы. Теоретическая база НЛП, согласно высказываниям его основателей и современных адептов, представляет собой синтез современных лингвистических, нейрофизиологических и кибернетических знаний. При внимательном же рассмотрении «теория» НЛП оказывается эклектичным смешением вульгаризированных вариантов ряда популярных в 60-х гг. ХХ в. частных концепций в рамках перечисленных научных дисциплин. Прежде всего, к таковым относится т.н. «трансформационная грамматика» Н. Хомского, из которой авторы НЛП заимствовали лишь произвольно интерпретированное ими различение  «поверхностных» (реально звучащих) и «глубинных» («внутрипсихических») структур человеческой речи, отождествляемых с психической структурой субъекта.

Предполагается, что, во-первых, на основе «поверхностной» структуры может быть реконструированы «глубинная», а во-вторых, применением специальных приёмов (под общим названием «рефрейминга»), изменяющих «поверхностную» структуру, могут быть достигнуты изменения в «глубинной» (заметим, что такая процедура имеет явную параллель в изменении неадаптивных когниций в рамках когнитивно-поведенческой терапии). Собственно, именно в этом и видится суть психотерапевтического вмешательства, т.е. декларируется патогенетический характер НЛП-психотерапии.
В реальной же терапевтической практике НЛП зачастую сводится к изменению поведения (в т.ч. речевого) пациента с помощью создания ряда новых, более адаптивных поведенческих стереотипов методом классического павловского обусловливания (которое в рамках НЛП именуется «созданем якорей» или просто «якорением»).

Таким образом, на поверку, НЛП оказывается замаскированным вариантом поведенческой симптоматической психотерапии. Впрочем, к чести НЛП, надо отметить, что арсенал конкретных технических приёмов изменения поведения является исключительно широким, разнообразным и позволяет весьма тонким образом подбирать приёмы, соответствующие индивидуальным особенностям пациента и его наличному состоянию [16, 35].

Что же касается якобы присутствующих в теоретической базе НЛП «современных нейрофизиологических и кибернетических» знаний, то это утверждение, мягко говоря, не совсем соответствует действительности и носит пропагандистский характер.

в) Гештальт-терапия

Это психотерапевтическое направление основано Ф. Перлсом (1893-1970), американским психотерапевтом германского происхождения и представляет собой обособившуюся ветвь психоаналитической терапии.

Теоретическая база этого направления складывалась на основе синтеза глубоко ревизованных Перлсом идей классического фрейдовского психоанализа и ряда постулатов гештальтпсихологии (общепсихологического  направления, поставившего в центр своих изысканий понятие «гештальта» — целостности, несводимой к сумме своих элементов), а также некоторых принципов экзистенциально-феноменологической психологии и психотерапии [16, 35].

Согласно Перлсу, здоровая личность — это личность полностью и осознанно контролирующая собственную жизнь, собственное поведение, т.е. личность интегрированная, целостная. Но, в силу тех или иных обстоятельств, интеграция личности может нарушаться — обычно в качестве такого обстоятельства выступает фрустрация (неудовлетворение) каких-либо существенных потребностей. Если удовлетворённая потребность рассматривается Перлсом как гештальт (завершённая целостность), то неудовлетворённая — как незаконченный гештальт, создающий внутрипсихическое напряжение. В ответ на такое напряжение вступает в действие один или несколько т.н. «защитных механизмов»: интроекция (усвоение без ассимиляции личностью чужих взглядов, норм поведения и т.п., которые «перехватывают» у личности контроль за поведением), проекция (неосознанное отчуждение и приписывание другим собственных качеств), ретрофлексия (превращение межличностного конфликта во внутриличностный),  дефлексия (уклонение от контакта с другими людьми, с реальностью в целом, замещение его ритуализированным, «салонным» поведением), конфлуенция (отождествление себя с социальным окружением, замена «я» на «мы»). «Защитные механизмы», фактически, и представляют собой разновидности патогенетических механизмов невротических расстройств — в этом близость идей Перлса к идеям классического психоанализа.

Цель психотерапии — разрушение актуально функционирующих «защитных механизмов», освобождение личности от них, с тем, чтобы установить прямой контакт между ней и реальностью в соответствии с экзистенциально-феноменологическим принципом «здесь и сейчас» — следовательно, гештальт-терапия является подчёркнуто патогенетической, дистанцирующейся от характерного для психоанализа стремления к установлению и ликвидации причины расстройства.

В методический арсенал гештальт-терапии входят, в основном, приёмы разговорного и игрового типов, осуществляемые в режиме групповой психотерапии.

Характерной особенностью гештальттерапии как психотерапевтического направления является её открытость, неортодоксальность — готовность как к привнесению в собственную практику «чужих» методических приёмов, так и к более глубокой интеграции с другими направлениями. В частности, весьма охотно гештальт-терапевты применяют методические приёмы из арсенала психодрамы — а зачастую представители этих двух направлений и вовсе образуют единое профессиональное сообщество, использующее всё теоретическое и методическое богатство обеих традиций.

2015 © Оксана Ефимова-Резниченко. Копирование статьи как целиком, так и частично допускается только при условии указания авторства и ссылки на данную страницу.

Все статьи Оксаны Ефимовой-Резниченко

 

 

 

 

Психолог, клинический психолог, психотерапевт: кого выбрать?

Психолог, клинический психолог, психотерапевт: кого выбрать?

С точки зрения образования, психолог и клинический психолог - специалисты, которые имеют психологическое образование. Психотерапевт, психиатр - это врачи, то есть специалисты, которые имеют медицинское образование.

Психотерапия как процесс оказания практической психологической помощи, может практиковаться всеми этими специалистами (психотерапевтами, психиатрами и психологами). Каждый из этих специалистов может оказывать практическую психологическую помощь при условии, что он дополнительно обучался практической работе в каком-то определённом психотерапевтическом подходе. Все специалисты нашей службы имеют такой опыт, подтвержденный документально.

Если вы предполагаете, что вам потребуется не только разговорная терапия, но и медикаментозная поддержка, надо понимать, что у психологов права рекомендовать такое лечение - нет. Такое право есть у врачей-психотерапевтов. В случае если вы уже работаете с психологом, но возникла необходимость подключения медикаментозного лечения, психолог подключает к работе врачей- психотерапевтов или психиаторов, и терапия не прерывается.

Так что выбор, собственно, состоит в том, хотите вы получать психологическую помощь от врача по образованию или это для вас не принципиально. Потому, что право оказывать практическую психологическую помощь посредством проведения психологических сессий (психологических бесед) имеют все наши специалисты без исключения.

Есть еще слово "психоаналитик". Это частный случай психолога или психотерапевта, который оказывает практическую психологическую помощь в подходе, который называется "психоанализ". Подробнее об этом подходе можно прочитать здесь.

2017 © Жанна Беликова. Копирование статьи как целиком, так и частично допускается только при условии указания авторства и ссылки на данную страницу.

Все статьи Жанны Беликовой

Первая встреча с психологом. Как это происходит?

Итак, у нас с Вами будет 50 минут. Это стандартная длительность одного сеанса индивидуальной психологической консультации. Если Вы пришли на семейную консультацию, длительность сессии составит, как правило, 90 минут.

Из формальных критериев, довольно постоянным всегда остается лишь то, что мы с Вами сидим друг напротив друга и говорим. Каких-то конкретных ожиданий насчет того, как должна протекать наша первая встреча не существует. В то же время, мы можем предложить Вам несколько вопросов, с которых, на наш взгляд, поможет начать: «Что Вас привело?», «Что заставило обратиться за помощью к психологу?», «С чем Вы пришли?».

Иногда Вам бывает проще сначала озвучить то, зачем пришли, а затем описать проблемную ситуацию. Иногда, Вам проще сначала рассказать что-то о себе и ситуации, которая привела, а только после этого сформулировать цели своего обращения к психологу. Так или иначе, какого-то жесткого сценария для Вас, как клиента, не существует. Но для нас, как для профессиональных психологов, все же существуют определенные рамки, внутри которых мы будем с Вами взаимодействовать. Этими рамками определяется то, что психолог делает и чего не делает во время сессии.

Что делает психолог?

Он слушает, задает вопросы, делится своими откликами, заботится о соблюдении границ терапии (следит за временем, заботится о том, чтобы были созданы максимально безопасные и терапевтические отношения), сообщает честную информацию о границах своих возможностей в том, чем он мог бы быть Вам полезен, уровне своей квалификации. Первая встреча - это встреча, на которой Вы, несомненно, имеете право задавать любые, волнующие Вас вопросы, касающиеся и самого процесса терапии и личности психолога как профессионала.

Что психолог не делает?

Он не оценивает, не принуждает, не навязывает, не читает лекций на «психологические темы», не ставит «диагнозов», не «лечит», не вступает с Вами в иные, кроме терапевтических, отношения.

Итак, в ходе нашей беседы, Вы, совместно с терапевтом, проясняете Ваш запрос, сверяете Ваши ожидания с возможностями психолога. Если они совпадают, то оговариваете формальные условия встреч, такие как: время, регулярность, предположительное количество сеансов, стоимость и порядок оплаты, условия отмены встреч и завершения работы.

Не стоит тревожиться по поводу понятий о «правильном» или «неправильном» в кабинете психолога. Важно, чтобы вы знали, что имеете право прояснять все, что вас тревожит, в том числе и "правила поведения" как клиента, так и психолога. Мы всё будем проговаривать по мере возникновения любых вопросов.

2013 © Жанна Беликова. Копирование статьи как целиком, так и частично допускается только при условии указания авторства и ссылки на данную страницу.

Вопросы, которые вы хотели бы задать своему психологу,

но на которые он не всегда сможет ответить вам прямо...

Часто, клиенты задают похожие вопросы в процессе уже начавшейся терапии. Но психолог не всегда в процессе работы может ответить на них прямо. Отсюда частая шутка про психологов о том, что они всегда отвечают вопросом на вопрос, лишь бы только уйти от ответа.

На самом деле причина не в желании «увильнуть», уйти от ответа. Причина в том, что психолог не всегда может работать как книжка или справочник, удовлетворяя любое любопытство клиента. Хороший психолог работает как исследователь причин, побудивших вопрос. А исследовать скрытые желания, фантазии и потребности, которые скрывает под собой вопрос, часто можно только до тех пор, пока на него не выдан прямой ответ.

В то же время,  все эти вопросы на самом деле имеют прямые человеческие ответы. И в подтверждение того, что вне рамок психологической работы, нам можно их раскрыть, мы решили дать прямые ответы на некоторые из наиболее часто задаваемых вопросов. Ведь психологи – тоже люди, и нам тоже нравится быть понятыми!

1. Я выбрала вас по рекомендации. А как вообще лучше выбирать психолога?

Оксана Е-Резниченко: Я бы советовала выбирать психолога по совокупности факторов. Первое - это рекомендации, сведения об образовании, второе - личное ощущение от контакта со специалистом. Кого точно не выбирать? - Знакомых, друзей, родственников. Хорошо бы  посетить нескольких специалистов, а потом сделать выбор.

Любовь Нарубова: Мне кажется, что в выборе специалиста важно ориентироваться на свой внутренний отклик, насколько Вам комфортно общаться, возникает ли ощущение, что Вас понимают. Иногда бывает, что и отзывы хорошие, и опыт у человека большой и работает он с Вашей темой, но контакт не складывается, на консультации чувствуете себя одиноким, испуганным, говорите об этом специалисту, а он не реагирует, значит не Ваш это специалист, ну или прямо в данный момент его и Вашей жизни, он не полезен Вам. 

Кирилл Шарков:  Мой рецепт таков – рекомендации (знакомых, друзей, коллег) + выбор «сердцем» + ориентация на сайты признанных профессиональных ассоциаций. Если с первой составляющей понятно, то второе и третье стоит пояснить. На мой взгляд, человек, к которому Вы хотите обратиться, должен Вас чем-то привлекать, чем-то быть Вам интересен. Вот почему важно изучать анкеты и фотографии. В каждом человеке есть интуитивная часть, которая узнает то, что ей нужно, и того, кто ей нужен. Выбор личного психолога чаще всего очень внутренний, его трудно полностью описать, но этот выбор – очень точный. Третий момент касается того, что психологическая помощь в нашей стране развивается, существуют ассоциации (в частности, РПА), которые сами тщательно отбирают своих членов по профессиональным критериям и отчасти облегчают этот выбор потенциальным клиентам. Стоит заходить на сайты признанных ассоциаций и искать там своих «кандидатов в личные психологи/психотерапевты».

Анна Галахова: Мой опыт показывает, что искать рекомендации – наиболее оптимальный путь. Это не значит, что психолог, который нравится Маше, вам тоже непременно подойдёт. Но если у вас будут несколько рекомендаций, и вы встретитесь с несколькими специалистами, выбрать того, с кем вам комфортно работать, уже проще.

Жанна Беликова: Если у вас нет знакомых, которые могут порекомендовать кого-то, то я бы выбирала психолога, которого представляет некое профессиональное сообщество. Это - не гарантия, но свидетельство того, что какие-то профессиональные требования специалисту были предъявлены коллегами, и он им соответствует. А вот что это за критерии или сообщества - зависит от вашего доверия к ним. Это могут быть сообщества уровня: "Международная психоаналитическая ассоциация" (МПА, IPA), "Общество психоаналитической психотерапии" (ОПП), "Российское психологическое общество" (РПО), "Санкт-Петербургское психологическое общество" (СПБПО), "Альянс помогающих практик ПроБоно" (АПП ПроБоно). Также это могут быть кандидаты, которых рекомендуют  уважаемые вами журналы, клиники. Ну а уже среди этих лиц, я бы искала те, которые вызовут лично у меня какое-то первоначальное доверие. В любом случае, вы придете к тому специалисту, который будет вызывать какие-то переживания, актуальные текущему периоду вашей жизни. 1-4 очных встреч, как правило, бывает достаточно, чтобы понять "ваш" или "не ваш" психолог. 

2. Как понять, к кому надо было обратиться? К психологу? Психотерапевту? Психиатру? Психоаналитику? В чем разница?

Оксана Е-Резниченко: Разница в образовании и в подходе к лечению. Психиатр и психотерапевт имеют медицинское образование. Психиатр использует медикаменты и часто занимается такими заболеваниями как шизофрения, МДП. Психотерапевт может использовать как психотерапевтические методы, без применения, так и с применением препаратов, психотерапевт оказывает помощь людям с различными проблемами – это и психиатрические пациенты, и люди с неврозами, и люди в кризисе и пр. Психолог имеет психологическое образование и занимается консультированием, но зачастую психологи успешно работают как психотерапевты. Психоаналитики – это специалисты с психоаналитическим образованием. Психоанализ- одно из направлений психотерапии.

Кирилл Шарков: Если сомневаетесь, то обращайтесь к врачу-психотерапевту. Это человек, который обладает компетенциями и в области психиатрии (диагностика и лечение психических расстройств), и в области психологической помощи (или психотерапии). Психиатр чаще всего ориентирован на медикаментозную терапию. Психоаналитик представляет одно из направлений психотерапии – психоанализ. Главный критерий – даже не то, к кому Вы попадете первично, а то, чтобы к этому человеку у Вас было доверие, и чтобы он был квалифицированным и компетентным.

Жанна Беликова:  С точки зрения образования, психолог - специалист, который имеет психологическое образование. Психотерапевт, психиатр - это врач, специалист, который имеет медицинское образование.

Но психотерапия как процесс оказания практической психологической помощи, может практиковаться или не практиковаться всеми этими специалистами (психотерапевтами, психиатрами, психологами). Каждый из этих специалистов может оказывать практическую психологическую помощь при условии, что он дополнительно обучался практической работе в каком-то определённом психотерапевтическом подходе. Правда, у психологов, в отличие о психотерапевтов и психиатров, есть ограничения: они не могут оказывать медикаментозную поддержку своим клиентам и не могут без поддержки врачей работать с клиентами с психиатрическими диагнозами и рядом других заболеваний. Об этом ограничении психолог скажет вам, если увидит, что это - ваш случай.  Так что выбор, собственно, состоит в том, хотите вы получать психологическую помощь от врача или это для вас не принципиально.

Психоаналитик – специалист который работает методом психотерапии под названием  "психоанализ" (в этом методе может работать и психолог, и психотерапевт, и психиатр).  Это далеко не единственный метод, но, вероятно, из-за того, что он в своём названии содержит часть слова "психо", его по созвучности поставили в один ряд с перечисленными квалификациями. Но на самом деле, подходов в психотерапии много. Самые распространённые из них: когнитивно-поведенческий, экзистенциально-гуманистический (в том числе гештальт-терапия), психоаналитический. 

3. О психологах часто думают, что у них нет своих проблем. Или наоборот, что они «сапожники без сапог» со своими нерешенными проблемами. Где правда?

Оксана Е-Резниченко: Психологи - это живые люди,у которых как и у остальных существуют проблемы и сложности, с которыми они справляются, возможно, несколько эффективнее основной популяции, т. к. постоянно работают над собой в силу профессии.

Кирилл Шарков: Сложно хорошо продавать пирожки, которые сам считаешь не вкусными. Наличие личной терапии психолога – в прошлом и на настоящий момент времени – обязательный критерий его квалификации. Не стоит стесняться спрашивать у своего психолога об этом. Определенный уровень собственной интегрированности и личностной «проработанности» у психолога должен присутствовать, как и стремление к дальнейшему развитию. А личных проблем нам всем хватает. Психологическое здоровье связано не с отсутствием проблем, а со способностью справляться с трудностями.

Анна Галахова: Как всегда, где-то между :) Психологи тоже люди. Не святые какие-нибудь, пребывающие в сатори и свысока смотрящие на весь "этот тлен" :) У психологов безусловно бывают свои трудности, разочарования, потери. Просто они обычно лучше знают себя и свои способы справляться с трудностями. Кроме того, в качестве заботы о себе и поддержки они и сами ходят к психологу. А для контроля качества своей работы - к супервизору ;)

Жанна Беликова:  В такой категорической форме, оба утверждения не соответствуют действительности. Но, в то же время, в каждом из них есть часть правды. Без определённой проработки своих собственных проблем - невозможно быть хорошим практикующим психологом. Без определенных нерешенных собственных сложностей - невозможно оставаться человеком.

4. Говорят, что психологи ко всем клиентам относятся хорошо. Неужели не бывает так, что кто-то из клиентов неприятен?

Оксана Е-Резниченко: Психологи ко всем клиентам относятся по-разному. Если клиент неприятен, то психолог  с ним работать, как правило, не будет  (это решается на первоначальном этапе).

Любовь Нарубова: Конечно!!! Психолог – живой человек, со своими чувствами, пристрастиями и границами. Одни клиенты раздражают, другие вызывают жалость, третьи - умиление или любовь. Грамотный специалист учитывает свои чувства и берет их в работу, т.е. объясняет клиенту, показывает, какую реакцию вызывает у него клиент. Это может быть целебно, если клиент например провоцирует на злость, то я как специалист могу позлиться на него и спросить, кто еще в жизни так реагирует на тебя, давай разберемся, как и зачем ты вызываешь у меня эту реакцию. Если чувства захлестывают специалиста, мешают работе, он может обратиться за профессиональной помощью к коллеге (супервизия), либо он может передать этого клиента другому психологу. Например если у самого психолога недавно произошла утрата близкого человека, то ему скорее всего сложно будет работать с клиентом, тоже переживающим утрату. 

Кирилл Шарков: Есть люди, про которых говорят «он сложный человек». И с некоторыми людьми в жизни при всем желании бывает очень сложно построить отношения. В психотерапии то же самое. У клиента есть выбор – работать или нет с этим конкретным психологом. У психолога – тоже есть такой выбор, работать ли с этим клиентом. Бывает, что и неприятен, конечно. Но это – выбор, работать ли с этим человеком тогда. Возможно, психолог окажется единственным, кто пойдет такому человеку навстречу, ведь все другие люди отворачиваются от него.

Анна Галахова: Для меня тут важны два момента. Первый – интерес к человеку. Для меня это необходимая составляющая, которая влияет не только на качество моего контакта с клиентом, но и на мою удовлетворенность работой, профессией. Если бы интереса к людям у меня не было, думаю, работа моя была бы тяжела. В моей практике ещё не было человека, к которому у меня не было бы интереса. Второй момент - безоценочная позиция позволяет работать, держать поле зрения широким, а не залипать в своих эмоциях по поводу происходящего. Это отчасти профессиональный навык, а отчасти уже жизненная ценность.

Жанна Беликова:  Важно относиться к клиенту с принятием и интересом. Это совершенно не исключает сложных переживаний, например, таких как гнев или раздражение. Правда, происходит это не так часто, как это может предполагаться клиентом. Важно, чтобы психолог всегда умел превращать свои чувства в рабочий инструмент, служащий на благо клиенту. 

5. Бывает ли, что психологи ошибаются? И что тогда?

Оксана Е-Резниченко: Бывает. Зависит от ошибки.

Любовь Нарубова: Бывает, как и все люди. Я развиваюсь и мудрею, как человек и как специалист и иногда то, что было важно мне в определенный период жизни и то, что я соответственно давала своим клиентам, переоценивается мною, приобретает новое значение или вообще утрачивает смысл. Психологу важно быть честным с клиентом, а с некоторыми клиентами признание своих ошибок и легкое прощение себя за них является эффективным психологическим приемом, например, нарциссически организованному клиенту будет совершенно удивительно и целебно увидеть, что психолог ошибся и извинился, не испытывая при этом мучительного стыда или вины. 

Кирилл Шарков: Бывает, конечно. Выход первый – признать свою ошибку и пытаться вернуться на шаг назад. Если с клиентом это получилось, это может быть отправной точкой дальнейшей терапии. Углубить отношения и доверие. Как и в жизни. Наверное, если сделал ошибку, стоит быть повнимательнее в этих отношениях. Две-три ошибки могут не быть прощены клиентом, к сожалению.

Анна Галахова: Ошибаться... Конечно, психолог может ошибаться, он не идеален. Для того, чтобы процесс психотерапевтической работы был защищён от человеческого фактора, есть ряд важных принципов, которые мне, как специалисту, дороги. 1. Психолог не даёт советов и не принимает решений за клиента. И тогда вам не надо опасаться, что он будет подталкивать вас к каким-то действиям. 2. Психолог не "читает мысли" клиента, и не решает, что он чувствует или должен чувствовать в тот или иной момент. Поэтому психолог много спрашивает самого клиента о его чувствах. А это значит, что вам не будут рассказывать о том, как "правильно" переживать ту или иную ситуацию. 3. Психолог может предложить тему для разговора или какую-то методику работы, но клиент всегда в праве отказаться и сказать "стоп". 4. Психолог всегда готов услышать обратную связь и будет спрашивать вас о том, что вам помогает в работе, а что мешает. Это значит, что психотерапевтический процесс подвластен управлению с обеих сторон, и это не что-то, что совершают над вами (как операцию или монтаж), а что-то, что вы делаете вместе со специалистом, которому вы доверяете. А если коротко, то психолог - эксперт в вопросах психики, а клиент - в своей жизни. У психолога есть инструментарий для того, чтобы помочь вам разобраться в своих чувствах и мыслях, но нет права и обязанности изменять вашу жизнь.

Жанна Беликова:  Да, бывает. Это часть психотерапевтических отношений - предполагать, сомневаться и проверять свои гипотезы в отношении клиента. Само по себе слово "гипотеза" уже предполагает сомнение. Так что ошибки терапевта – это тоже часть работы, важно их уметь признавать. И что тогда? Тогда проводится "работа над ошибками". Это делается в процессе терапии вместе с самим клиентом, когда проверяются рабочие гипотезы; в процессе супервизий - в работе с коллегами, когда обсуждаются те или иные случаи; в процессе личной психотерапии психолога, когда в ошибку психолога "увели" его собственные чувства. 

6. Бывает ли так, что психолог настолько сочувствует клиенту, что может расплакаться?

Оксана Е-Резниченко: Да. 

Любовь Нарубова: Да, для меня это показатель открытости, доверия и близости между клиентом и специалистом. 

Кирилл Шарков: Все – живые люди. Может и расплакаться. Самое важное – чтобы такая реакция психолога всё равно шла на пользу клиенту и помогала клиенту продвинуть его развитие.

Анна Галахова: И снова, психолог – человек. Я – точно человек. И бывает, что история настолько тронула меня, что на глазах появляются слезы. А бывает, что я злюсь или тревожусь. Я была бы профнепригодна, если бы не испытывала чувств к клиенту и вместе с клиентом. Но в этом и есть отличие психолога на работе от просто человека - я могу сохранять устойчивость в рабочем процессе и не разрушаться от сильных чувств, оставаться в открытом контакте с клиентом и даже находить опору в своих чувствах.

Жанна Беликова:  Да, бывает. Но это не всегда связано с силой сочувствия, а часто - со способностью свои собственные чувства выдерживать, говоря о них, но не усердствуя в их демонстрации. Ведь нередко психолог внутри себя плачет вместе с клиентом, но внешние слезы у него хватает сил отсрочить. Ведь если клиент в горе, то слезы терапевта могут как поддержать его, так и наоборот - заставить чувствовать вину и начать заботиться о плачущем терапевте. И тогда не очень будет понятно: кто тут - клиент, и кто - о ком должен заботиться )

7. Часто психологи скрывают свою личность: клиент рассказывает, а психолог сохраняет анонимность. Разве это честно?

Оксана Е-Резниченко: Это честно и грамотно. Похоже, речь идет о неравенстве. Да, это неравные отношения, но это часть психотерапевтического процесса. 

Любовь Нарубова: А разве честно платить деньги, чтобы тратить время на выслушивание подробностей личной жизни специалиста? ) Я иногда рассказываю о себе, тогда когда мне кажется, что это может в чем-то помочь клиенту. В таких случаях я надеюсь, что правило конфиденциальности будет работать в обе стороны.

Кирилл Шарков: Если Вас что-то интересует про психолога, спросите. Вряд ли он откажет. Психолог может и сам дозировано чем-то поделиться личным, но если считает, что это будет уместно и пойдет Вам как клиенту на пользу. А забивать собой «эфир» и забирать у Вас Ваше оплаченное время – не лучшее решение.

Анна Галахова: Это не обязательно. Степень открытости психолога зависит от личности самого психолога, а также от метода психотерапии, который он использует. Гештальт подход, в котором я работаю, позволяет мне оставаться "живой" в контакте с клиентом - испытывать и выражать эмоции, делиться откликом, который происходящее во мне вызывает. Более того, это тоже часть рабочего инструментария.

Жанна Беликова:  Честно, если от вас не скрывали этого факта с самого начала). В психоаналитическом подходе, в котором я работаю, это – правила работы, которые помогают оставаться процессу именно рабочим, а не дружеской беседой или ещё чем-либо в этом духе. Сохранять относительную анонимность психологу необходимо в работе для того, чтобы не занимать собой пространства, которое предназначено клиенту, и помогать клиенту быть собой и проявлять себя с наименьшими искажениями. Важно, чтобы сохраняя свою анонимность, психолог также сохранял свою человечность и оставался живым и чувствующим, а не только думающим.

8. Есть ли психолог у психолога?

Оксана Е-Резниченко:  Хорошо бы, чтобы был.

Любовь Нарубова: Должен быть, прохождение собственной личной терапии обязательное условие обучения в большинстве современных ВУЗов, готовящих психологов-консультантов, и на мой взгляд это гораздо более важное условие, чем все прочие.

Кирилл Шарков: Да, обязательно должен быть. Как и супервизор.

Жанна Беликова:  Должен быть обязательно. Опыт личной терапии обязателен для практикующего психолога. Это необходимое условия для того, чтобы быть в рабочей форме. 

9. Не тяжело ли психологу пропускать через себя проблемы других людей?

Оксана Е-Резниченко: Это работа, это осознанный выбор. Конечно, соприкасаться с человеческим горем или проблемами сложно, но терапевт способен себя сохранять, не разваливаясь.

Любовь Нарубова: Пропускать не тяжело, тяжело задерживать их в себе... 

Кирилл Шарков: С опытом это становится легче. Но есть действительно сложные переживания, с которыми трудно справиться. Важное качество психолога – последовательность – способность сохранять «рабочее состояние» и точно оценивать свои текущие ресурсы вне зависимости от происходящих событий.

Жанна Беликова:  Вот для этого, в том числе, и должен быть психолог у психолога. Потому, что иногда бывает тяжело. Ведь как я предполагаю, под словом "пропускать через себя" имеется в виду вчувствование в состояние пациента. А это вчувствование - важный инструмент в работе психолога. 

10. Может ли клиент ругаться с психологом? Не закончатся ли на этом отношения?

Любовь Нарубова: Можно и нужно прояснять отношения с психологом, говорить ему о чувствах и мыслях, касающихся ваших встреч и ваших отношений со специалистом, будь то злость, тоска или радость...Дело в том, что каждый клиент строит с психологом такие же отношения, какие он привык строить в своей жизни. Если вы привыкли ругаться, то рано или поздно Вы найдете повод, поругаться с психологом. Но психолог работает на Вас и обучен не принимать Ваши оскорбления лично: он не убежит из кабинета, не порвет с Вами отношения, а даст Вам обратную связь и поможет разобраться в причинах Вашего поведения, в том, какие на самом деле хочется строить отношения и как к этого добиться.

Кирилл Шарков: Выражение агрессии в адрес психолога во многих ситуациях – начало «исцеления» клиента. Особенно так можно говорить про клиентов, которые себе никогда не позволяли никакой агрессии ни в чей адрес. Ругаться с психологом – хорошо, но важно, чтобы за этим сохранялся взаимный настрой разобраться в происходящем. Потому что «ругань» эта точно имеет отношение к проблеме клиента. Также важно соблюдать определенные границы и этические нормы – например, ругаться, проясняться можно, бить друг друга – нельзя.

Жанна Беликова:  Между клиентом и психологом существует договор, который описывает все, что необходимо делать для того, чтобы процесс, в котором оба участвуют, назывался "психотерапия". Клиент приходит и уходит в условленное время; оплачивает это время согласно договоренности; имеет в запасе несколько встреч на обсуждение своего желания прекратить терапию, если такое наступает; сидит в кресле; старается  максимально использовать только слова для описания всего, что с ним происходит в процессе. До тех пор, пока эти условия исполняются, и пока клиент сам имеет желание продолжать работу - отношения продолжаются. Никаких ограничений по подбору выражений не существует. Также не существует никаких ограничений по поводу того, кому эти выражения будут адресованы, включая терапевта. стоит быть готовым к тому, что психолог будет прояснять, что именно заставляет клиента проявлять себя тем или иным образом. Но это совершенно не означает, что в адрес психолога запрещено что-то чувствовать или выражать под угрозой распада отношений. Наоборот, обычно приветствуется любое обсуждение ваших чувств и мыслей, возникающих здесь и сейчас.

11. Может ли клиент нецензурно выражаться на приеме?

Оксана Е-Резниченко: Может, не закончатся.

Любовь Нарубова: Для некоторых людей это один из основных способов выражения эмоций, поэтому в моем кабинете можно выражаться, как выражается.

Кирилл Шарков: Да, если того требует ситуация. Если без этого можно обойтись, то можно постараться. Но как и в жизни, при этом помнить – что если терапевт это и перенесет, понимая контекст происходящего, то другие люди (соседи за стенкой, работники офиса, охрана на улице и т.д.) могут этого не очень понять.

Жанна Беликова:  См. п. 10

12. Могу ли я встать и уйти в любой момент приема?

Оксана Е-Резниченко:  Можете, но терапевт может это комментировать.

Кирилл Шарков: Это не рекомендуется. Это явное избегание. Важнее первично сказать психологу о том, что такое желание возникло, и разобраться, что происходит. Попытаться увязать это с Вашей собственной проблемой. Связь может обнаружиться. Важно понимать, что это нужно не столько самому психологу, сколько Вам.

Жанна Беликова:  Да, можете. Так же, как можете в любой момент прекратить терапию. Важно просто понимать, что так вы нарушаете правило "стараться выражать себя словами", и терапевт будет предлагать вам прояснить: что вас заставляет выбирать действие (уход) вместо слов, и, если бы это были слова, то какими бы они были? Так даже процесс ухода становится терапевтическим, т.к. вы начинаете понимать что именно с вами происходит. Если же вы регулярно вместо обсуждения вашего состояния будете выбирать действие - это не будет способствовать продвижению в терапии. Но иногда некоторым людям периодически бывает необходимо какое-то время "потоптаться на месте", прежде чем двинуться дальше и глубже. Это нормально.

13. Вы работаете с душой человека, а сами берете за это деньги. Как вы можете брать деньги, если видите как мне плохо и сочувствуете мне?

Оксана Е-Резниченко: Мое время стоит денег. Возможно, вам сложно принять, что между нами стоят деньги, что мы - не родственники и не друзья, но именно это дает мне возможность помогать вам.

Любовь Нарубова: Психологическое консультирование- это моя профессия, то дело, которым я зарабатываю себе на жизнь.

Кирилл Шарков: Психологическая работа – это профессиональная услуга и моя работа. Я за счет этого живу. Я выбираю провести эти 50 минут времени своей жизни с Вами, понимая, что их мне уже не вернуть никогда и что это время я бы мог провести со своими близкими людьми. Почему я должен быть бесплатно с Вами, а не с ними? Вы платите, прежде всего, за время. Сочувствие и другие переживания будут внутри этого времени.

Анна Галахова: Психотерапия - это профессия и работа, такая же, как все другие.

Жанна Беликова:  Хочется задать встречный вопрос: в чем противоречие между моим человеческим сочувствием и потребностью в том, чтобы моя профессиональная работа была оплачена? Но буду отвечать прямо, как договорились:))  Деньги - это не то, за что клиент покупает мое сочувствие. Все мои чувства к человеку возникают совершенно бесплатно! Включая соболезнование, печаль, желание и попытки облегчить боль. Также, деньги - не то, что я хладнокровно отбираю у клиента, усугубляя и без того непростые его переживания, хотя это может так восприниматься, если я правильно понимаю вопрос. Деньги - это то, что позволяет мне сейчас находиться именно здесь с вами, вместо того, чтобы быть в другом месте, которое обеспечит мне заработок. 

14. Как вы относитесь к гадалкам, экстрасенсам, астрологам?

Оксана Е-Резниченко: Нормально, но я так не работаю.

Кирилл Шарков: Настороженно. Верю, что среди них есть грамотные специалисты. Но я этим не занимаюсь. И подробнее говорить не возьмусь.

Анна Галахова: Мой опыт показывает, что психотерапия помогает улучшить качество жизни и результаты её глубже, стабильней и честней.

Жанна Беликова:  С любопытством. 

15. Почему психологи не отвечают на вопросы прямо, а начинают переспрашивать?

Кирилл Шарков: Могут и прямо, могут и переспрашивать. Спросите, пожалуйста, у Вашего психолога, если он будет так делать и Вас это будет цеплять.

Анна Галахова: Потому что часто причина заданного вопроса очень важна для более осознанного и искреннего контакта психотерапевта с клиентом.

Жанна Беликова: Психологи дают прямые ответы, но только – на прямые вопросы. А ведь далеко не все вопросы – прямые, чаще – косвенные. Например, на первых встречах, клиент проясняет к кому и куда он пришёл, какие правила здесь применяются и т. д. На такие вопросы психологу следует отвечать прямо, т.к. клиент должен иметь информацию для того, чтобы принять решение о дальнейшем сотрудничестве. Но вопросы, которые возникают в процессе терапии, после принятого решения, уже не столько сразу удовлетворяются, сколько сначала исследуются. А для этого важно поспрашивать: чем вопрос вызван, каким беспокойством? Может за ним стоит какой-то жизненный опыт, предположение, желание и т. д. Прояснять неочевидные, бессознательные мотивы - одна из задач терапии. После подобного прояснения, психолог вполне себе может ответить на вопрос прямо. Но часто, клиенту это уже бывает не нужно, т. к. не в ответе было дело, и теперь он это сам понимает. 

16. Почему психологи не дают советов? Ведь вы наверняка что-нибудь посоветовали бы своему другу или ребенку в этом случае?

Оксана Е-Резниченко: Потому, что совет ничего не поменяет в вас. Смысл нашей работы, чтобы вы сами могли находить ответы внутри себя.

Кирилл Шарков: Легко дать совет – трудно его выполнить. Трудно дать хороший совет. Зачем Вам мои советы? Чему я Вас могу научить? Вы чему-то можете научиться у меня в процессе нашей работы, что-то можете узнать о себе. Мне кажется, что это более ценный опыт, ведущий к Вашей большей независимости и психологической силе. 

Анна Галахова: См.выше в ответе на вопрос 5.

Жанна Беликова: Психологи дают советы. Самый частый совет от меня: "Предлагаю попытаться понять почему так происходит", ведь невозможно изменить "то, не знаю что". Готовый совет - это всегда опора на свой собственный опыт. Мой собственный опыт показывает, что понять и помочь себе можно тогда, когда вместо чужих ответов, я нахожу собственные. Если честно, то и друзьям и детям я бы давала такие же советы, если бы всегда была готова уделить этому время. Часто проще поделиться своим жизненным опытом (а может и навязать), чем исследовать опыт другого человека. Отсюда и быстрые советы в обычной жизни. Но это не имеет никакого отношения к психотерапии.  Это уже про дружбу, воспитание и наставничество. Клиент приходит ко мне не за этим. 

17. Почему психотерапия – это так долго?

Оксана Е-Резниченко: Любые перемены требуют времени. Особенно, если речь идет о многолетней проблеме, сложно поверить, что ее можно решить в одночасье.

Кирилл Шарков: Психические процессы весьма инертны. Психологические защиты весьма устойчивы. Чтобы изменить привычные процессы, которые формировались годами, тоже нужны годы. Но чтобы запустить маховик изменений, бывает, нужно поменьше времени – несколько месяцев.

Анна Галахова: Потому что "психологические" изменения не происходят так быстро, как этого хотелось бы многим из нас :) Наше поведение и образ реагирования формировались в течении долгих лет, обрастали защитами, порождали неприятные симптомы, с которыми человек приходит к психологу. Разобрать всю "конструкцию" быстро и при этом качественно - невозможно. Весь психотерапевтический опыт показывает, что быстрые изменения (шоковые методы, например) не дают стабильных изменений в качестве жизни, и при этом болезненны. Для меня важно следовать за клиентом в его желании и скорости. И обеспечивать достаточную безопасность для работы, ведь часто речь идёт достаточно болезненных переживаниях.

Жанна Беликова:  У каждого своё - "долго". Существуют и краткосрочные подходы, например когнитивно-поведенческий. Психоаналитическая психотерапия - это специально организованные отношения, которые длятся столько, сколько необходимо человеку, чтобы восстановить определенные связи со своими собственными внутренними ресурсами, с самим собой. Быстро - это воспользоваться чужими ресурсами (советы, гадалки, экстрасенсы, астрологи). Чтобы восстановить доступ к своим собственным - требуется времени гораздо больше, как показывает опыт. Поэтому тут надо выбирать чего вы хотите: жить на подпитке или вырабатывать собственную энергию. Для выработки собственной - придется пройти обратный путь, в направлении причин, по которым вы ее когда-то потеряли. Разница только в том, что путь обратно вы будете проходить не в одиночестве, а со специально обученным проводником. Но все равно судите сами: может ли это быть очень быстро? - Смотря, как долго вы шли и как далеко вы успели уйти от себя...

18. Почему психотерапия - это так дорого?

Оксана Е-Резниченко: Потому, что обучение, психотерапия и супервизия, которые проходил и проходит специалист, это большие денежные вложения.

Кирилл Шарков: Не так уж это и дорого. Сходите в частный медицинский центр, например, к урологу или гинекологу, иногда бОльшие деньги у Вас возьмут за 15 минут приема и пару рекомендаций. Всё относительно. Дорого, наверное, потому что пока для Вас это не очень ценно.

Анна Галахова: Потому что стоимость специалиста в этой области высока. В эту стоимость входит: 1. Образование (которое зачастую не останавливается на протяжении всей профессиональной жизни). Вам это даёт специалиста, который подбирает наиболее тонкие и точные методы работы, имеет глубокое знание и широкий кругозор. 2. Супервизия (постоянные консультации с более опытными коллегами о качестве работы). Вам это даёт специалиста, который действительно заинтересован и вкладывается в качество своей работы, а также "не фонит" своими эмоциональными проблемами. 3. Личная терапия (обязательна для психолога на протяжении всего профессионального пути). И это даёт вам специалиста, который в состоянии справиться со своими трудностями и чувствами по их поводу. Не берусь утверждать, что все специалисты, устанавливающие высокую стоимость своей работы, исходят из этих же резонов, но мои таковы.

19. Почему бы не НЛП? Или не гипноз? Быстро и эффективно!

Оксана Е-Резниченко: Каждый человек выбирает свой метод. Ничего плохого не вижу в НЛП или в гипнозе, но если вам нужна глубинная работа, то эти методы не смогут помочь.

Кирилл Шарков: Откуда Вы знаете, что быстро и эффективно? Пробовали уже? А если говорите «эффективно», то почему снова туда не пошли, а ищете нового специалиста? Про НЛП не готов говорить. А гипноз – самостоятельный и эффективный метод психотерапии, имеющий свои преимущества и ограничения, показания и противопоказания. Поэтому – и гипноз тоже, если он Вам действительно нужен!

20. Как вы относитесь к публичности психологов и к психологическим телешоу?

Оксана Е-Резниченко:  Спокойно. Это способ себя рекламировать.

Любовь Нарубова: У меня двоякое впечатление о них, с одной стороны, они популяризируют психологическую помощь, показывают, что она доступна и эффективна, с другой -создают множество предрассудков относительно нее же, например рождают миф, что психолог дает советы, рассказывает как надо.

Кирилл Шарков: Хорошо. Сам веду и участвую. Важно, конечно, не терять себя при этом и продолжать нести настоящее и профессиональное.

21. Почему психологи не дружат и не встречаются со своими клиентами? А если это-любовь!?

Оксана Е-Резниченко: Потому, что психотерапия подразумевает границы и особенные отношения, где нет социальных контактов. Все, любовь  в том числе, можно обсудить на сессии. 

Кирилл Шарков: Можно и подружиться, если к тому есть совместные предпосылки, но тогда вряд ли будет идти речь о качественной и успешной психотерапии. Говорят, что дружить с человеком и иметь с ним общий бизнес – трудносовместимые занятия. Рано или поздно таким двойственным отношениям придет конец. То же и с психотерапией. К тому же, в ней клиент выбирает терапевта первично – другие границы взаимодействия. В дружбе оба человека выбирают друг друга одновременно.

22. Как я могу быть уверенной, что вы не будете мной манипулировать? Ведь психолог видит все мои слабости.

Оксана Е-Резниченко: Для этого и нужны пробные сессии, чтобы вы поняли, насколько можете доверять мне, насколько я подхожу вам как психотерапевт.

Кирилл Шарков: Это иллюзия, что психолог видит все Ваши слабости. Никто не знает и никогда не узнает Вас лучше, чем Вы сами. Если нет доверия к психологу, не надо идти к такому психологу! Зачем? Если возникают идеи про манипуляции со стороны психолога, то наберитесь смелости обсудить это с ним – и постарайтесь вместе с ним разобраться, а есть ли связь между этими идеями и причиной Вашего обращения к нему.

23. Если у психолога много клиентов – они все для него на одно лицо? Неужели можно запомнить историю каждого?

Любовь Нарубова: Я и правда помню многие истории моих клиентов, особенно, если они вызвали мой личный отклик, но мне совсем не важно помнить и даже знать множество подробностей жизни клиента для того, чтобы эффективно ему помогать.

Кирилл Шарков: Можно, но, конечно, не всё. Самое важное. У меня есть вера, что клиент принесет на конкретную встречу самое важное из того, что его волнует. Следуя за его интересом, я помогаю ему лучше разобраться в нем самом и в его отношениях. Я – не компьютер, собирающий информацию и выдающий готовый ответ. Мне не нужно помнить всё досконально. Знать и помнить всецело о себе – ответственность клиента!

24. Привязываетесь ли вы к клиентам?

Оксана Е-Резниченко: Это к вопросу: "Не робот ли психоаналитик?". Нет, я испытываю чувства, порой сильные, которые меняются в процессе терапии. Эти чувства являются для меня полем исследования, они - часть психоаналитического процесса.

Кирилл Шарков: Да, привязываюсь. Не ко всем, конечно. Потому что это зависит от уровня и глубины отношений и их длительности. По многим и скучаю, когда завершается психотерапия. Как по дорогим людям, с кем проведена не одна важная минута. И, конечно, всем желаю всего самого доброго!

25. Что вы чувствуете, когда клиент уходит?

Оксана Е-Резниченко: Это зависит от контекста. Ушел, не успев прийти? Ушел стремительно? Ушел, когда завершилась работа, после обсуждения? Чувства многообразны - грусть, тихая радость, удивление, беспокойство, печаль, облегчение.

Любовь Нарубова: По-разному. Бывает, что клиент вызывает очень теплые чувства или работа с ним особенно захватывающая и плодотворная, тогда грустно расставаться.

Кирилл Шарков: Это зависит от ситуации, в которой человек ушел. Очень разные переживания.

26. Психологу ведь выгодно удерживать клиента, чтобы он подольше ходил?

Оксана Е-Резниченко: Профессиональный терапевт, благодаря обучению, личной терапии и супервизии, умеет хорошо отслеживать свои импульсы и реакции, и ориентируется на потребности клиента. Большое мастерство – это закончить вовремя. Не раньше и не позже.

Кирилл Шарков: Было бы безумием считать, что я могу Вас чем-то удержать. Захотите уйти – уйдете. Я изначально верю, даже не зная Вас, в Вашу способность уходить из тех мест, где Вам плохо и невыносимо. Вопрос для меня совсем не в выгоде или деньгах.

27. Я слышал о психоаналитиках как об отстраненных, невключенных и равнодушных. Это правда?

Оксана Е-Резниченко: Нет, это мнение обывателей. Аналитик не демонстрирует активно свои эмоциональные реакции, оставляя пространство клиенту.

Кирилл Шарков: Я не работаю как психоаналитик. Но, насколько мне известно, за последние 50 лет психоаналитики сильно изменились. Полагаю, что современные психоаналитики – достаточно включенные и живые коллеги.

28. Вопрос психоаналитику: а зачем кушетка? В чем суть: я лежу, а он – сидит?

Оксана Е-Резниченко: Кушетка – это возможность эффективнее и глубже исследовать свои бессознательные мотивы, реакции  и прикасаться к детским травмам, стыдным мыслям и пр.

30. Это не настоящие отношения, в жизни все не так. Зачем вводить меня в заблуждение, что я вам так интересен?

Оксана Е-Резниченко: Это настоящие, но особенные отношения, которые отличаются от дружеских, родственных и пр. И если человек сможет принять это, то есть шанс с их помощью открыть потрясающие глубины своей личности.

Кирилл Шарков: Давайте обсудим Ваше неверие в то, что Вы мне интересны. Хороший «вход» в психотерапию!

31. Почему не помогают книги? Чем хорошая психологическая книга хуже психотерапии? Не понимаю…

Оксана Е-Резниченко: Книги могут помочь, но очная психотерапия - это возможность с помощью психотерапевта, то есть другого человека, разобраться в своих трудностях. Мы все имеем некие слепые пятна, которые не в состоянии увидеть в одиночку.

Кирилл Шарков: Ничем не хуже. Иногда даже лучше. Единственная проблема в том, что она не может разговаривать и чувствовать сама себя.

32. В чем отличие разговора с психологом от разговора с хорошими друзьями?

Оксана Е-Резниченко: Отличие в грамотно выстроенных границах и глубоких знаниях, которыми не обладает друг, если он не психолог. 

Кирилл Шарков: Глубиной и системностью. Если хотите потерять друга, то попытайтесь поговорить с ним каждую неделю в одно и то же время по часу на протяжении 20 недель…

33. Получается, что я покупаю за деньги хорошее к себе отношение?

Оксана Е-Резниченко: Хорошее отношение - это лишь приятный бонус, который дополняет психотерапию (его может и не быть). За деньги покупается время и профессиональная работа специалиста по помощи клиенту.

Кирилл Шарков: Как говорит один из моих учителей, я продаю время, внимание, искренность и экспертизу по процессу (Вашего взаимодействия, Вашей жизни). Мне это чрезвычайно близко. Вопрос: что покупаете Вы?

34. А что если я привыкну к психологу и не смогу уже сам? Если будет зависимость?

Оксана Е-Резниченко: Зависимость будет и это нормально. Смысл работы терапевта – не привязать клиента к себе, а помочь полноценно жить самостоятельно.

Кирилл Шарков: На определенном этапе развития долгосрочных психотерапевтических отношений зависимость от психолога – нормальное явление. За зависимостью следует этап взаимозавимости. Личностный рост связан с неизбежным переживанием этих этапов.

35. Когда психолог понимает, что терапия уже может быть окончена?

Оксана Е-Резниченко: Это общее понимание, которое рождается в процессе терапии. Но психотерапевт ориентируется на разрешение основного внутреннего конфликта пациента.

Кирилл Шарков: Психолог никогда не понимает этого в одиночку. Это совместная работа и решение – поставить в отношениях точку или точку с запятой. Важно обсудить предпосылки к такому решению, проговорить причины и механизмы, подвести итоги работы любой длительности, чтобы присвоить результаты и двигаться дальше по жизни.